Заинтересованность в смарт-акустике, подкреплённая высоким спросом на устройства с голосовым помощником внутри, подстёгивает производителей к поискам заветной «золотой жилы». Она заключается в главенстве на рынке за счёт уникальных функциональных возможностей электроники или, как вариант, ориентации гаджета на определённую группу пользователей. Руководствуясь вторым принципом, компания Mattel, специализирующаяся на выпуске детских игрушек и аксессуаров, принялась за проектирование смарт-хабе Aristotle. Приоритетной задачей данного устройства значилось максимальное содействие в развитии, обучении и становлении детей. Электронная няня объединяла в себе «умную» акустику, реагирующую на голосовые команды маленького пользователя, а также смарт-камеру для удалённого наблюдения за чадом.
Благим намерениям инженеров Mattel, как оказалось, не суждено было сбыться из-за общественного резонанса в отношении Aristotle. Системе отводилась роль и радионяни, которая пела бы ребёнку колыбельные перед сном, и ночника с адаптивной подсветкой, задающим атмосферу в комнате, и цифрового друга для малыша, с которым тот бы рос и у которого набирался бы знаний. Однако все перечисленные функции не смогли бы корректно работать без полномасштабного сбора всей доступной о ребёнке информации, что вызвало негодование у правозащитников.
Конфиденциальность данных, которыми должен оперировать смарт-хаб Mattel Aristotle, вынудила сенатора Эдварда Дж. Марки (Edward J. Markey) обратиться к компании-производителю за разъяснением ряда нюансов. Главным из них был вопрос касательно места хранения и защиты персональных сведений, утечка которых нанесёт непоправимый вред психике ребёнка и семейному благополучию. Опасаясь критики со стороны властей и ополчившихся на Mattel активистов, собравших 15 тысяч подписей под петицией против выпуска детской смарт-няни Aristotle, разработки пошли по пути наименьшего сопротивления. Компания приняла решение отказаться от продвижения продукта в серию, объяснив это стремлением доносить до потребителя только лучшие решения в области Интернета вещей. По всей видимости, система Mattel Aristotle к таким устройствам не относилась.
Заинтересованность в смарт-акустике, подкреплённая высоким спросом на устройства с голосовым помощником внутри, подстёгивает производителей к поискам заветной «золотой жилы». Она заключается в главенстве на рынке за счёт уникальных функциональных возможностей электроники или, как вариант, ориентации гаджета на определённую группу пользователей. Руководствуясь вторым принципом, компания Mattel, специализирующаяся на выпуске детских игрушек и аксессуаров, принялась за проектирование смарт-хабе Aristotle. Приоритетной задачей данного устройства значилось максимальное содействие в развитии, обучении и становлении детей. Электронная няня объединяла в себе «умную» акустику, реагирующую на голосовые команды маленького пользователя, а также смарт-камеру для удалённого наблюдения за чадом. Благим намерениям инженеров Mattel, как оказалось, не суждено было сбыться из-за общественного резонанса в отношении Aristotle. Системе отводилась роль и радионяни, которая пела бы ребёнку колыбельные перед сном, и ночника с адаптивной подсветкой, задающим атмосферу в комнате, и цифрового друга для малыша, с которым тот бы рос и у которого набирался бы знаний. Однако все перечисленные функции не смогли бы корректно работать без полномасштабного сбора всей доступной о ребёнке информации, что вызвало негодование у правозащитников. Конфиденциальность данных, которыми должен оперировать смарт-хаб Mattel Aristotle, вынудила сенатора Эдварда Дж. Марки (Edward J. Markey) обратиться к компании-производителю за разъяснением ряда нюансов. Главным из них был вопрос касательно места хранения и защиты персональных сведений, утечка которых нанесёт непоправимый вред психике ребёнка и семейному благополучию. Опасаясь критики со стороны властей и ополчившихся на Mattel активистов, собравших 15 тысяч подписей под петицией против выпуска детской смарт-няни Aristotle, разработки пошли по пути наименьшего сопротивления. Компания приняла решение отказаться от продвижения продукта в серию, объяснив это стремлением доносить до потребителя только лучшие решения в области Интернета вещей. По всей видимости, система Mattel Aristotle к таким устройствам не относилась.
