✔Разведка боем: как Роскомнадзор меняет модель управления Рунетом - «Интернет»

Фото Michael Bocchieri / Getty Images

Попытки замедлить работу Twitter показали слабость российского регулятора, но свои эксперименты он не прекратит, считает директор АНО «Информационная культура» Иван Бегтин. Пользователям стоит готовиться к новым ограничениям

Странные совпадения

Роскомнадзор перешел от угроз к делу и впервые решил замедлить работу зарубежной социальной сети в России. Выбор пал на Twitter, так как компания отказывается в полной мере удалять противоправный контент.

Хотя в этот раз действия Роскомнадзора были не столь масштабны, как во время войны с Telegram в 2018 году, замедление, кроме Twitter, затронуло десятки крупных и тысячи мелких сайтов. Эксперты по инфраструктуре интернета предложили такое объяснение: Роскомнадзор нанес удар по доменам, в которых было сочетание «t.co» (короткий адрес, который Twitter использует для загрузки фото и видео) и под горячую руку попали и rt.com (Russia Today) и microsoft.com (сайт компании Microsoft, на котором среди прочего раздаются обновления для операционных систем), и многие другие.

Одновременно пропал доступ к некоторым интернет-ресурсам госорганов, начиная с сайта президента, правительства, Госдумы. Министерству цифрового развития пришлось оправдываться (прямо в своем Twitter) и объяснять, что во всем виноват «Ростелеком» и «сбои в работе маршрутизаторов, используемых в его сети».

Одновременно во Франции, тоже 10 марта, сгорел дата-центр компании OVH, значимый европейский узел связи.

Можно поверить в то, что атака на Twitter и пожар — это простое совпадение, но вот в то, что сбои на маршрутизаторах «Ростелекома» не связаны ни с одним из этих событий, поверить невозможно. И даже непонятно, что хуже: неуклюжесть российского регулятора или фактическая (а не декларируемая) зависимость российской критической инфраструктуры от дата-центров в Евросоюзе.

Запутались в сетях

Есть три важных наблюдения, которые можно сделать в связи с последними действиями Роскомнадзора:

1. Слабость российского регулятора. Вывод всей ситуации в публичное поле — это плохая мина при очень плохой игре.

В отличие от многих других стран, также по тем или иным причинам недовольных политикой социальных сетей и глобальных цифровых корпораций, Россия не имеет адекватных инструментов воздействия на эти корпорации. Примерно до 2012 года модель управления Рунетом была достаточно расслабленная — ориентированная на кооперацию с зарубежными сервисами, свободу конкуренции и в целом на невмешательство там, где можно не вмешиваться. Разворот в сторону импортозамещения на фоне резкого ухудшения отношений с развитыми странами привел к тому, что западные интернет-компании столкнулись с новыми требованиями российских регуляторов, однако смогли их во многих случаях игнорировать.

Мировые гиганты специально не создают дочерних компаний в России, чтобы их невозможно было оштрафовать, они готовы к любым международным судам. Порой, взвесив свои потери и риски, они готовы и к блокировке, как в случае с соцсетью LinkedIn, уже много лет заблокированной в России, после того как корпорация Microsoft проигнорировала требования Роскомнадзора.

С другой стороны, война с Telegram закончилась полным поражением Роскомнадзора. Российский регулятор слаб, и не факт, что его можно сделать сильнее путем смены руководства или увеличения бюджета. Это системная болезнь, для преодоления которой нужен другой уровень принятия политических решений.

2. Просвещение на ошибках. При взгляде на действия Роскомнадзора порой создается ощущение, что ошибки на самом деле — вполне осмысленные шаги.

Фазиль Искандер в «Кроликах и удавах» писал: «Если мудрость не может творить добро, она удлиняет путь зла». Не исключено, что внутри самого ведомства многие понимают всю глупость поступающих приказов и выполняют свою работу так, чтобы как можно больше пользователей Рунета узнали о существовании VPN-сервисов и других способов обхода блокировок. Такая, вольная или невольная, просветительская кампания приносит свои плоды, кажется, что чем чаще Роскомнадзор будет проводить свои операции подобным образом, тем больше россиян будут овладевать базовыми цифровыми навыками.

3. Впереди новые запреты. Чем больше ограничений, тем чаще в общественной дискуссии то в шутку, а то и всерьез возникает вопрос: «А зачем России такой интернет?» 

Чаще всего его задают те, кто природу современной экономики понимает плохо и не знает, что интернет уже не только про развлечения — он стал базовой инфраструктурой государства и бизнеса, без него не будут работать банки, поликлиники, госуслуги, системы оплаты и многое другое. Если государственная политика развернется в сторону именно этих избирателей, то нас ждет не только блокировка Twitter, но и более серьезные запреты. Закончится все доступом в сеть по «белым спискам» разрешенных сайтов. Технически это все еще непросто, но если у Роскомнадзора есть карт-бланш на эксперименты даже ценой выстрела в ногу самому себе, то все, что нам кажется ошибками, на самом деле тренировки, а реальный диалог с зарубежными сервисами чиновников совершенно не интересует.

К сожалению, судя по происходящему, Россия активно движется в направлении жесткого регулирования Рунета и архаизации отношения к современным технологиям. Риторика о защите прав граждан от угрожающего им контента тут не более чем прикрытие.

Иван Бегтин

Forbes Contributor